Южный Буг мелеет: Рядом с АЭС

 хватит ли нам воды?

В одной из недавних публикаций мы обращали внимание на то, что через 20 лет Тилигульский лиман может исчезнуть. Казалось бы, это самая большая экологическая проблема водоемов нашей области. Но, оказывается, нет, ибо сегодня под угрозой оказалась и главная водная артерия Николаевщины – Южный Буг. Если ничего не менять, то через несколько лет (не через 20, а намного раньше) Южный Буг может заканчиваться в Александровском водохранилище.

Глобальное потепление в действии

Что же происходит? В прошлом году, впервые за всю историю, в течение 100 дней не производился санитарный спуск воды в Александровском водохранилище. Это следствие того, что в 2015 году в верхней части бассейна Южного Буга было критически мало осадков: малоснежная зима, минимум дождей. Произошло естественное уменьшение стока. Пускай вас не вводят в заблуждение те дожди, которые прошли в июне этого года: они кардинально ситуацию не поменяли, только намочили землю. Нужно также понимать, что тенденция к уменьшению осадков – это надолго, более того, она будет усиливаться.
С другой стороны, вся вода Южного Буга очень активно используется в хозяйственных целях: она перехвачена водохранилищами. Эксперты утверждают, что в бассейне реки насчитывается порядка 1000 искусственных водоемов – и в нашей области, и выше по течению. И, как следствие, мы имеем большую зарегулированность стока и огромный дефицит пресной воды.
Чтобы было легче разобраться в происходящем, сделаем небольшое отступление. По словам директора Южного филиала Института экологии НЭЦ Украины Олега Михайловича Деркача, номинальный расход воды в районе плотины Александровского водохранилища 90 – 100 куб.м/с. То есть, там был бы такой расход, если бы не было самой плотины.
Но поскольку такая плотина есть, то налицо совсем другая картина. Заметим, что Александровское водохранилище имеет многоцелевое назначение: часть воды берется на орошение, часть – для питьевого водоснабжения, а еще более значительная часть используется энергетиками. Например, его используют как нижний резервуар Ташлыкской ГАЭС. И на все это идет львиная часть дошедшего до Николаевщины стока Южного Буга. Кроме того, часть воды просто испаряется с «зеркала» водохранилища.
Не хотелось бы утомлять читателя, но тут необходимо привести несколько цифр. «Чтобы Южный Буг продолжал существовать ниже Александровской плотины, необходим так называемый санитарный сток в количестве не менее 17 куб.м/с. Так вот, в прошлом году его вначале уменьшили с 17 до 12, а потом и до 9 куб.м/с. После этого в течение 100 дней вообще не было спуска воды. Происходило это под давлением энергетиков, которые заявляли, что им нужна вода для нормальной работы атомной электростанции», – рассказывает О. Деркач.
Что же при этом происходило ниже Александровской плотины? Там процесс обмеления сопровождался тем, что соленые воды Южнобугского лимана поднимались все выше и выше.
Тут сплетаются воедино вопросы обмеления реки, ее засоления и загрязнения. И если мы ничего не поменяем, то эти проблемы в дальнейшем будут только нарастать.

Заложники энергетиков?

В последнее время мы в определенной степени стали заложниками энергетиков. Конечно, электроэнергия стране нужна. Нужна и валюта, поступающая от ее экспорта. Необходима и безопасная эксплуатация имеющихся ядерных реакторов. Но есть ли выход из сложившейся ситуации?
Чиновники, занимающиеся водными ресурсами, предлагают решать проблему дефицита пресной воды повышением уровня наших водохранилищ, экологи утверждают, что подобные шаги только усугубят ситуацию, приводя в подтверждение своих слов веские доводы.
Так, по информации О. Деркача, уровень Александровского водохранилища собираются увеличить до 20,7 метра. Заметим, первоначальный уровень здесь составлял восемь метров, потом его повысили до 14,7, а сегодня это уже 16 м. Следующее повышение якобы должно существенно увеличить объем водохранилища.
«По логике чиновников, большее количество воды позволит гарантировано обеспечить минимальный санитарный сброс  (17 куб.м/с) и все возрастающие запросы энергетиков. Однако такая позиция не учитывает два очень важных момента. Во-первых, совершенно непонятно, где сегодня взять эту воду – поступления в водохранилище очень скромные. Например, в прошлом году при номинальном уровне 16 м приходилось долгое время удерживать уровень 14,7 м, потому что вода попросту не набиралась. За счет чего набрать 20,7 м? Ожидать возвращения очень снежных зим или наводнений? А есть ли для этого основания? Сегодня мы наблюдаем обратные процессы», – говорит О. Деркач.
Но даже если воду и наберут, то это решит проблему только на несколько лет. Почему? Да потому что при резком увеличении объема воды неизбежно резко увеличиваются и потери. По словам специалистов, больше всего растут потери, связанные с подтоплением: выше уровень – выше давление – больше воды уходит в грунт. Кроме того, большее «зеркало воды» обеспечивает и большее испарение. И это приличная цифра даже при сегодняшних температурах, а ведь глобальное потепление продолжается.
Есть еще один момент. «Энергетики хотят увеличить мощность Ташлыкской ГАЭС. Два нынешних агрегата очень быстро выкачивают воду из Александровского водохранилища наверх, а планируется увеличить число этих агрегатов и, соответственно, перекачивать еще больше воды. С инженерной точки зрения это, может быть, и обосновано, но в целом этот проект на уровне 70-х годов прошлого столетия. Сегодня XXI век, и ситуация совсем иная. Глобальное потепление начинает напоминать о дефиците пресной воды», – уверяет О. Деркач.
Как же увязать нужды энергетиков и вопросы дефицита водных ресурсов? По мнению специалистов, у нас проблема дефицита воды связана не столько с ядерной энергетикой, сколько с управлением водными ресурсами. Здесь до сих пор наблюдается отраслевой подход – каждая отрасль захватила определенные позиции и использует столько воды, сколько ей нужно, не считаясь с остальными. В то же время во всех развитых странах внедрен бассейновый подход.

Малой гидроэнергетики не будет – вода кончилась?

«Если вернуться непосредственно к ЮУ АЭС, то мы говорим, что первоочередной задачей является обеспечение безопасности уже существующих трех энергоблоков. В то же время часть энергетиков начинает продвигать мысль о строительстве четвертого реактора», – рассказывает О. Деркач. Он также уверен, что нет необходимости ввода в строй новых ядерных энергоблоков на ЮУ АЭС, поскольку технологии энергосбережения и энергоэффективности в Украине имеют огромный потенциал. Если есть альтернатива у энергетиков, то мы уже не имеем права так бездумно расходовать водные ресурсы.
Об их нехватке красноречиво говорит еще один пример. Пару лет назад у нас было много разговоров о необходимости развития малой гидроэнергетики. Вроде бы даже нашли инвесторов, готовых вложить туда средства. Более детальное изучение вопроса показало интересную картину: сегодня у нас есть несколько малых ГЭС (Первомайская, Мигийская, Константиновская), но по признанию самих энергетиков, в последние годы эти ГЭС могут эффективно работать только в марте – апреле, в остальные месяцы для них просто не хватает воды.
Об этом заявляют не только экологи. Например, рафтингисты, которые сплавляются в районе Мигии, опасаются, что пройдет несколько лет, как слалома здесь уже не будет – нет воды. В последние годы русло Южного Буга можно уже «перейти по камням».
Причинами острого дефицита воды, в первую очередь, являются глобальные климатические изменения, но не только. Есть еще один фактор – неэффективное управление водными ресурсами. Это и общая бесхозяйственность, и колоссальные потери.
Как упоминалось выше, решить вопросы рационального использования водных ресурсов помог бы бассейновый подход. К настоящему моменту уже практически разработан план управления бассейном Южного Буга, но для перехода на «новые рельсы водопользования» нужна другая философия.
Мы живем в реалиях XXI века, а мыслим категориями 60 – 70-х годов ХХ века, с присущей тому времени гигантоманией. Подобная близорукость неминуемо обернется еще большим нарастанием проблем. Необходимо пересмотреть свое отношение к пресной воде. Приоритетами должны стать обеспечение населения достаточным количеством качественной питьевой воды и безопасная работа имеемых реакторов ЮУ АЭС. При разработке новых проектов нужно обязательно учитывать нагрузку, которую они оказывают на водные ресурсы.

Александр МИРОШНИЧЕНКО. _ “Южная правда”, № 78 (23550)