Потолок ледяной, дверь скрипучая

В толковом словаре русского языка Т. Ф. Ефремовой слово “вокзал” имеет такую расшифровку: “Здание для обслуживания пассажиров и размещения служебного персонала”. Заметим, именно “для обслуживания”. Мой дедушка рассказывал, что до революции, на новехоньком ж.д. вокзале Вознесенска (автовокзала тогда еще не было) все было красиво и… романтично.

По вечерам на станции собирались обыватели, которые прогуливались парами и целыми компаниями по перрону и привокзальной площади, освещенной газовыми фонарями. Многие мужчины были одеты во фраки, а женщины – в вечерние длинные платья. Часто здесь же играл военный духовой оркестр. Одно время даже считалось, что именно из-за музыки на российских железнодорожных станциях их назвали “вокзал” – сокращенно от “вокальный зал”.
Кстати, и в послереволюционные годы вокзалы у нас строились по техническим требованиям, разработанным в царской России. Здания вокзалов всегда планировались и строились гораздо большей вместимости, чем этого требовала их пропускная способность, потому что в случае неблагоприятной погоды, особенно зимой, вокзал должен служить приютом не только пассажирам, но и всем желающим укрыться под его крышей. Поэтому залы ожидания предписывалось делать вместительными и высокими, “дабы в них не было духоты”.
…Выбор площадки для строительства Вознесенского междугороднего автовокзала был сделан неспроста – в двух шагах проходит оживленная автодорога, которая нынче имеет название “Ульяновка-Николаев”. Автобусам не нужно долго кружить по нашему городу (как в других населенных пунктах) в поисках автовокзала – вот он, у всех на виду! Правда, все былое и хорошее, связанное с этим сооружением, осталось давно позади. Одно время запустение и уныние скрашивали хотя бы пьяные оргии, громкая музыка и драки, происходившие под крышей автовокзала, в питейном заведении под названием “Шатёр”. Теперь этой забегаловки нет и вокзал буквально давит посетителей своей пустотой и убогостью.
Прошлой осенью, ранним утром, пришлось встречать передачку из столицы. Автобус по маршруту “Киев-Николаев” прибыл вовремя. Из салона вышли несколько пассажиров, как говорится, размять косточки. Запомнились двое парней, один из которых, оглядевшись по сторонам и не увидев ничегошеньки (освещения-то не было!), громко спросил у друга: “Чё это за городишко, ни фига не видно!”. Ребята, в поисках туалета, ломанулись было в здание вокзала, а потом, обескураженные, осторожно пошли к будке с “удобствами на улице”, подсвечивая себе под ноги мобилками и проклиная этот “чёртов городишко”. И стало обидно за свой славный город, о котором у посторонних людей может сложиться вот такое пренебрежительное отношение и плохое впечатление лишь потому, что они побывали… на нашем автовокзале.
На днях вновь довелось приехать на автовокзал: от увиденного еще больше огорчился, чем осенью. Ко всему прочему добавился погодный фактор – мороз на улице и почти что такая же температура в не отапливаемом, с неплотно закрывающимися дверями, так называемом  зале ожидания. Ожидать здесь, собственно, вышло себе во вред: во-первых, холодно, во-вторых, присесть даже негде, в третьих,  автобусы 1 февраля на вокзал почти не заезжали – по информации диспетчера, у многих “замерзла солярка в баках”. После часового притоптывания на морозе, поехал на городском автобусе к рынку, оттуда на автостанцию “ПИК” и без проблем выехал на Николаев.
За время тщетного ожидания изучил информацию на стенах автовокзала. Судя по ней, через наш вокзал ежесуточно следуют по маршрутам около 115 автобусов. Не так и мало. Изучил также “План розташування приміщень першого поверху будівлі автостанції зі схемою руху пасажирів”, почему-то так и не утвержденный начальником… в 2001 году. На другой схеме указано, что в помещении автовокзала имеется комната матери и ребенка, буфет, парикмахерская, камера хранения, медпункт. Камера хранения и парикмахерская точно работают, а все остальное – сомневаюсь.
Наследие советского времени, в виде Вознесенского автовокзала, с обретением Украиной независимости, досталось АО “НОПАС”. С тех пор его руководство ни копейки не вложило в ремонт вокзала, тем не менее, снимая с каждого пассажира плату в виде станционного сбора. За какое “обслуживание” мы платим деньги? Раньше, в дореволюционное время, на вокзалах бесплатный кипяток давали всем желающим. А теперь, спустя столетие, даже скамейки в зале ожидания автовокзала отгородили от пассажиров красной ленточкой – садиться воспрещено!
Георгий Сокольский

Добавить комментарий

Show Buttons
Hide Buttons