Ценные литографии находятся в Москве

О военных маневрах (высочайшем смотре войск) 1837 года в Вознесенске мы подробно рассказывали на страницах «Нового города» в апреле прошлого года. Столь пристальное внимание этому давнему событию мы уделяем не спроста. Именно за время подготовки к этим масштабным всероссийским маневрам, наш город из местечка, в котором располагалась штаб-квартира одного из кирасирских полков, менее чем за год, был превращен в настоящий город с европейским обликом.
Вознесенск в первой половине XIX века являлся приграничным районом и служил важным форпостом в случае войны с Османской империей. В связи с этим и было решено провести смотр войск, который состоялся в июне-октябре 1837 г. и на который приезжал император Николай I.
К приезду царя были построены два дворца для царской фамилии, летняя резиденция в Марьиной роще для императрицы, театр, разбит обширный парк с бассейном, беседками, оранжереями и фонтанами, два десятка больших каменных домов для знатных особ и около 150 меньших домов для многочисленной свиты императора Николая I и приглашенных. При въезде в город соорудили Триумфальные ворота. «Все имело вид настоящего волшебства!» – говорили впоследствии многие из приглашенных.
Вот как описывала вознесенские маневры в своем дневнике (1836-1837) Долли Фикельмон, жена австрийского дипломата и друг А.С. Пушкина: «31 июля 1837 г. император Николай выехал из Петербурга в поездку по южной России, по маршруту: Псков, Динабург, Ковно, Вильно, Бобруйск, Киев, Вознесенск (на р. Буг); цель поездки – осмотр Херсонских военных поселений, но главное – большие показательные маневры для приглашенного туда множества иностранных гостей – представителей Австрии, Пруссии, Англии, Дании, многих германских княжеств. Приехал даже  турецкий Мушир-паша с 6-ю офицерами. Позднее к императору присоединились императрица, цесаревич, великие княжны Ольга и Александра, а также три младших великих князя – Константин, Николай и Михаил. Граф И.О. Витт (1781-1840), начальник Херсонского военного поселения, закатил для императорской семьи и чужеземных гостей «пир на весь мир», к которому он готовился в течение года: переделывал офицерские квартиры в дворцовые палаты, из Парижа выписал драпировщика, из Одессы ресторатора Дюссо, мебель заказал лучшему одесскому краснодеревщику Коклену, закупил в Петербурге новую амуницию для солдат, приготовил для гостей 200 экипажей и 400 верховых лошадей. Императрица разъезжала по Вознесенску в коляске под красным балдахином, увенчанной короной и запряженной парой волов с позолоченными рогами. Большой военный парад (в нем участвовали три кавалерийских корпуса, сводный корпус из двух пехотных дивизий, 40 эскадронов из 8 соседних губерний, а также резервные эскадроны всей кавалерии) потряс воображение иностранных принцев, генералов и прочих военных чинов. Во все страны полетели депеши с описанием этого грандиозного события, вызвавшие особое беспокойство парижского и лондонского кабинетов. Даже дружественные Австрия и Пруссия остались не совсем довольны показом таких сил и, в завистливости своей, всячески старались уверить и себя и других, что тут гораздо менее войска, чем утверждают, и что при этом оно дурно обучено».
Кстати, муж Долли, Шарль Луи фон Фикельмон, был единственным из дипломатов, удостоенным чести быть приглашенным на эти маневры.
В путешествии по России и во время Вознесенских маневров царя Николая сопровождали известные писатели, музыканты и художники. Например, знаменитый французский художник того времени Эмиль Жан Орас Верне. За каждую его картину царский двор платил огромные деньги – по 50-60 тысяч рублей.
С Вознесенскими маневрами по времени совпало еще одно значимое событие – экспедиция А.Н.Демидова по Югу России и Крыму. Ее можно назвать уникальным научным проектом, направленным на историко-этнографическое изучение Юга России и исследование полезных ископаемых региона. В ходе путешествия группа учёных пересекла Венгрию, Молдавию и Валахию, а, оказавшись в пределах Российской империи, особое внимание уделила Крыму и Донецкому угольному бассейну.
Анатолий Николаевич Демидов (1812-1870) не только организовал и профинансировал путешествие по Югу России и в Крым, но и осуществил на свои средства все издания. Он же организовал их рассылку заинтересованным организациям и частным лицам: университетам, научным обществам, представителям известных дворянских фамилий.
А.Н.Демидов принадлежал к династии знаменитых уральских горнозаводчиков, родился во Флоренции. Служил в Министерстве иностранных дел, состоял при русских посольствах в Париже, Риме и Вене. Почти постоянно проживал близ Флоренции в своей вилле Сан-Донато. В 1841 г. он женился на родной племяннице Наполеона I графине Матильде де-Монфор. Получив от отца огромное наследство, стал активно заниматься благотворительностью.
Результатом экспедиции Демидова стал выпуск книги и отдельного иллюстрированного альбома «Путешествие в Южную Россию и Крым через Венгрию, Валахию и Молдавию, совершенное в 1837 г. под руководством Анатолия Демидова»), вышедшей в Париже в 1848 г. Все рисунки и литографии к альбому выполнил выдающийся французский художник-литограф Огюст Раффе (1804-1860). Над их созданием он трудился около десяти лет.
Огюст Раффе – один из наиболее известных французских художников-литографов первой половины XIX в. В конце 1820-х гг. он окончил Школу изящных искусств в Париже, где изучал литографию у лучших мастеров того времени. За тридцать лет своей художественной деятельности Раффе создал более 800 литографических работ и стал крупнейшим мастером-баталистом эпохи. Ему принадлежат одни из самых выразительных литографированных портретов Наполеона, выполненных во второй четверти XIX в. Все произведения О. Раффе отличались искусным выбором композиции, эмоциональной окраской и психологизмом.
Отдельные тонолитографии О. Раффе из альбома, посвященные пребыванию в Вознесенском лагере в августе-сентябре 1837 г.сейчас находятся в московских антикварных магазинах на Тверской и Чистопрудном бульваре. Одна из них – «Бал, данный в честь их величеств императора и императрицы всероссийских графом де Виттом (Вознесенский лагерь) 11 сентября 1837» (см. фотокопию).
На настоящей литографии в левом нижнем углу изображения, рядом с именем художника, стоит дата 1845 г. На литографии представлен бал, данный графом И.О. де Виттом, являвшимся инспектором кавалерии, в честь императора и императрицы, прибывших в Вознесенск для проведения военных маневров, состоявшихся в 1837 г. В царском дворце (здание на нынешней ул. Кибрика было окончательно разрушено после 1945 г. -авт.), в центре зала среди офицеров в черном мундире стоит император Николай I. Справа от императора в белом мундире стоит сам генерал от кавалерии де Витт, который в молодости выполнял секретные разведывательные миссии, в частности, перед Отечественной войной 1812 г. он служил волонтером в наполеоновской армии и стал доверенным лицом французского императора, собирая при этом для России секретную информацию об армии великого полководца.
Сомнения вызывает лишь дата на литографии. Французский художник указал, что бал состоялся 11 сентября 1837 г. На самом деле, это событие произошло 3 сентября – об этом свидетельствует лично Николай I в своих дневниковых записях. В Вознесенск он прибыл 17 августа в 11 часов ночи. Потом были смотры войск, стрельбы, маневры, встреча императрицы (27 августа). «Наконец, – пишет в дневнике император, – пришлось расстаться с Вознесенском, где в продолжении двух недель я испытывал одни наслаждения; признаюсь, что расставание с этим прекрасным и добрым войском мне было очень тяжело. Простившись со всеми и поблагодарив графа Витта, который оказался истинным волшебником, я 4 сентября, в полдень, выехал в Николаев…».
Заголовки зарубежных газет того времени пестрели не только отчетами о проводимых маневрах под Вознесенском, но и сенсациями, часто надуманными, якобы имевшими там место. Например, историк литературы и археограф П.П. Вяземский (1820-1888) в произведении «Письма и записки Омер де Гелль», якобы принадлежащие французской писательнице и путешественнице Адель Омер де Гелль (1817-1871), которая также посетила Вознесенские маневры, приводит отрывок забавной полемики между француженкой и А.Н. Демидовым, о котором речь шла выше. Вяземский представляет Омер де Гелль инициатором корреспонденции во французской газете «Journal de Debats», что вызвала следующий ответ А. Н. Демидова: «Если вы, госпожа, предоставите мне еще немного места, то я хотел бы воспользоваться им для того, чтобы рассказать вам об искреннем огорчении, которое я почувствовал однажды в Вене, когда мне на глаза попала одна статья из парижских газет. К моему величайшему изумлению, я нашел в ней невероятную историю насильнического похищения трехсот молодых девушек для лагеря в Вознесенске! Во всей этой выдумке меня особенно огорчило то, что почтенные газеты и рассудительные люди подхватили и повторяют без проверки все эти чудовищные обвинения… Я, как очевидец, могу говорить о Вознесенске, как, впрочем, и три ваши соотечественника, мои товарищи по путешествию, которые, как и я, всюду были и все видели. Они могут удостоверить так же, как и я, что были только две женщины, содействовавшие развлечениям блестящего съезда в лагере, и это были молодые тирольские певицы, которые в тирольских костюмах беззаботно распевали меланхолические мелодии своей родины, и кочующий, совершенно свободный талант щедро вознаграждался из дома в дом. Очевидно, что из этого простого и мелкого факта был построен целый роман, отчасти дикий, отчасти пасторальный, которым Европа, ради собственной забавы, два месяца расстраивает себе желудок» (из 3-го письма А. Н. Демидова, вошедшего в его книгу «Путешествие в Южную Россию и Крым»).
…И в заключение – информация к размышлению. Нынешняя стоимость литографий в московских антикварных магазинах, на которых изображены события 1837 г. в Вознесенске – от 25 до 30 тысяч рублей.

Добавить комментарий

Show Buttons
Hide Buttons