«Не разлучайте меня с моей Юлей!..»

История семилетней давности, начавшаяся трагически для семьи Корецких из Вознесенска в мае 2005 года, у которых от воспаления легких тогда умерла дочь Юлия, так же трагически закончилась 8 ноября в зале заседаний Вознесенского горрайонного суда – мать Юлии, 53-летнюю Антонину Корецкую осудили на 2,5 года лишения свободы за умышленное нанесение тяжких телесных повреждений 40-летней врачу-терапевту Оксане Левченко.

 

 

Дело слушалось под председательством судьи Татьяны Малюк, при участии прокурора Вознесенской межрайонной прокуратуры Тиграна Киракосяна и адвоката потерпевшей Сергея Литвинова, защищала подсудимую Светлана Дудченко.
В ходе судебного следствия были допрошены 5 свидетелей, заявленных потерпевшей стороной. Подсудимая полностью признала свою вину и раскаялась в содеянном.
…Даже находясь на скамье подсудимых, А. Корецкая  до конца не могла понять, как она смогла переступить черту дозволенного, ведь за всю свою жизнь она не совершила ни одного противоправного поступка. Впрочем, есть единственное тому объяснение – это безмерная любовь к своей дочери Юлии, прах которой уже 7 лет покоится на кладбище. Все эти годы, изо дня в день, мать приходила на могилу дочери и обещала, что медики, виновные в ее смерти, понесут наказание (об этом «Новый город» рассказал в публикации “Доведенная до отчаяния” 11 июля т. г.). После смерти 19-летней Юлии, супруги Корецкие были признаны потерпевшими, правоохранительные органы возбудили уголовное дело.
На суде Антонина Корецкая, едва сдерживая слезы, рассказывала: “В 2005 году открыли уголовное дело. Сначала сделали судебно-медицинскую экспертизу в Николаеве… Потом сказали, что нужно результаты судмедэкспертизы отправить в Киев. И тут все остановилось… Я семь лет, день в день добивалась, чтобы было по закону… Начали прятать рентгеновские снимки. В Киеве говорят, что не могут проводить судмедэкспертизу, потому что рентгеновских снимков нет. Я месяцами ходила, обивала пороги… Вещественные доказательства по делу были уничтожены… А потом провели экспертизу, где было четко указано, что вознесенские врачи недооценили угрозу для жизни дочери. Опять открыли дело… Опять по Киевам, по министерствам, по прокуратурам… В 2008-2009 году резко исчезают документы… Никто ничем не хотел заниматься, потому что у каждого есть какие-то покровители… Потом в 2010-м опять закрывают дело, сроки давности вышли… Суд снова отменил это решение. Назначили дополнительную экспертизу из Николаева. Но потом сказали, что доказать не могут ничего… Был еще звонок из Николаева на мой мобильный, номер не определялся: “Если хотите, чтобы дело дошло до суда – нужно заплатить”…
Перед Юлечкиным днем рождения я пошла на кладбище и ничего не могла там сказать. Я всегда говорила, что я все докажу, кто-то же должен быть виновен в смерти! На этот раз я не смогла ничего сказать,  не смогла там находиться. Убежала домой. Первый раз за все время. Тогда и решила, что отомщу”.
О дальнейших событиях будет сказано ниже, в приговоре суда. Однако хочу отметить, что по иронии судьбы, правоохранительные органы довели-таки дело до суда, только не над теми, кто халатно отнесся к лечению больной девушки, а к ее безутешной матери, которая решила: если нет справедливого суда – будет самосуд.
Я видел результаты и выводы комиссии Главного бюро судебно-медицинской экспертизы Министерства охраны здоровья Украины от 21 февраля 2006 г., под которыми подписались 7 уважаемых в стране докторов медицинских наук, профессоров и доцентов и на которые ссылалась А. Корецкая. В этом документе указаны конкретные нарушения вознесенских медиков, лечивших Юлю Корецкую. Тяжело читать этот объемный документ, в котором детально расписаны последние дни и минуты жизни молодой девушки, умершей от пневмонии. Выводы: “…врачи Вознесенской ЦРБ недооценили выраженную негативную динамику по клиническим проявлениям и рентгенологической картине (нарушение п. 6 “Инструкции о негоспитальной пневмонии у взрослых”), в результате чего больную с опозданием перевели в отделение интенсивной терапии. Во время пребывания больной Ю. Корецкой в терапевтическом отделении ей не были в полном объеме проведены диагностические исследования, а именно микробиологические исследования слизистых выделений и крови, не провели коррекцию антибактериальной терапии (нарушение п. 10 “Инструкции”). Таким образом, врачами Вознесенской ЦРБ при лечении Ю. Корецкой не были приняты все возможные меры для ее лечения и выздоровления”. Да и сама лечащий врач О. Левченко тогда, в 2005 году, на допросе у следователя С. заявляла, что в ходе лечения допустила ряд тактических ошибок, которые могли повлиять на ход лечения больной.
Шли годы и первоначальные показания и выводы экспертов тщательно “затирались” и переписывались, все делалось для того, чтобы замять дело. Не соглашались с этим только родители Юлии. В конце концов, это привело к тому, что несчастье пришло еще в одну семью – врача Оксаны Левченко.
В своем последнем слове на суде Антонина Корецкая несколько раз, сквозь слезы, обращалась к судье: “Не разлучайте меня с моей Юлей!.. Невозможность регулярно посещать могилу дочери для нее действительно станет самой большой карой, пожалуй, страшнее, чем тюремное заключение.

8 ноября судья Татьяна Малюк огласила приговор: «4 июля 2012 года, около 7.15, в г. Вознесенске, подсудимая Корецкая, находясь вблизи дома №3 по переулку Усенко, на почве личных неприязненных отношений, умышленно  облила соляной кислотой тело и лицо Левченко, чем причинила последней телесные повреждения в виде химического ожога глаз, что привело к расстройству здоровья и потере трудоспособности не менее чем на одну треть.
Подсудимая в ходе досудебного следствия и в судебном заседании признала свою вину полностью и объяснила: в  2005 году тяжело заболела ее дочь Юлия, которую госпитализировали в Вознесенскую ЦРБ. Лечащим врачом ее дочери была Левченко – потерпевшая по делу. Последняя не применила всех мер к лечению ее дочери, вследствие чего она умерла. Корецкая считает виновной в смерти дочери потерпевшую, которая не понесла никакого наказания. 2 июля 2012 года Корецкая была на могиле своей дочери и приняла решение отомстить врачу за смерть своего ребенка. 4 июля она взяла дома бутылку с соляной кислотой, которую использовала для прочистки канализационных труб, отлила немного жидкости в банку и пошла к месту жительства потерпевшей. Увидев, что Левченко вышла из дома, она пошла впереди нее, потом открыла крышку банки и, повернувшись к Левченко, вылила кислоту ей в лицо со словами “Это тебе за мою Юлечку!” и пошла дальше. После этого Корецкая пришла в горотдел милиции и рассказала о совершенном поступке.
Подсудимая согласна полностью возместить материальный вред потерпевшей, моральный вред – частично. В содеянном раскаивается.
Вина подсудимой в содеянном полностью доказана материалами досудебного и судебного следствия в том числе пояснениями потерпевшей Левченко, которая рассказала, что в мае 2005 года в терапевтическое отделение Вознесенской ЦРБ, где она работала врачом, в тяжелом состоянии была доставлена дочь подсудимой Корецкой Юлия, которая через несколько дней лечения умерла, хотя, согласно действующим инструкциям Министерства охраны здоровья Украины, лечение она проводила правильно. Однако подсудимая начала обвинять ее в смерти дочери, неоднократно приходила к ней на работу и высказывала угрозы в ее адрес, также угрожала ей в общественном транспорте. 4 июля 2012 г. утром она вышла из дома и пошла в направлении автобусной остановки, чтобы доехать до места работы. В переулке Усенко она увидела, что впереди нее идет женщина, однако Левченко не обратила на нее внимание. Когда она поравнялось с женщиной, последняя повернулась и потерпевшая узнала в ней Корецкую. Последняя плеснула в лицо Левченко кислотой, сказав при этом: “На тебе, получай – это тебе за дочку!”. Потерпевшая увидела на одном из огородов женщину, стала кричать и звать на помощь. Эта женщина начала поливать ее водой, чтобы смыть кислоту, собрались люди, вызвали “скорую помощь” и потерпевшую госпитализировали в реанимационное отделение Вознесенской ЦРБ, где ей оказали первую медицинскую помощь. Примерно через два часа  потерпевшую отправили в Одесский институт глазных болезней им. Филатова. Там она длительное время лечилась, перенесла несколько операций, в дальнейшем предстоит еще сделать несколько операций. Она полностью потеряла зрение на левый глаз, частично – на правый. Предстоит еще длительное лечение. В результате этого она вынуждена была покинуть работу и неизвестно, сможет ли она когда-нибудь работать по специальности, чем лишена возможности содержать своего малолетнего ребенка. В связи с полученной травмой она стоит на учете у врача-психиатра, полностью изменилась ее жизнь, ей нанесен большой моральный ущерб. Просит избрать подсудимой меру наказания, связанную с лишением свободы, а также возместить ей материальный и моральный ущерб в полном объеме.»
При избрании меры наказания для Корецкой, суд учел отсутствие отягощающих обстоятельств и наличие ряда смягчающих обстоятельств, а именно: признание своей вины, сотрудничество со следствием, наличие ряда заболеваний и группы инвалидности, положительные характеристики с места жительства и то, что преступление было совершено впервые. Совокупность обстоятельств, которые смягчают наказание подсудимой, стали основанием для применения к ней судом ст. 69 УК Украины и избрание для нее меры наказания ниже нижней границы, предусмотренной санкцией ст. 121 ч. 1 УК Украины. Избирая наказание подсудимой, суд, тем не менее, учел тяжелые последствия, которые наступили в результате ее действий для потерпевшей Левченко, поэтому не счел нужным назначить условное наказание и приговорил к 2,5 годам лишения свободы. Как меру пресечения для осужденной – суд оставил подписку о невыезде.
Суд счел гражданский иск потерпевшей Левченко  на лечение в сумме 12419 гривен обоснованным и постановил взыскать эту сумму с подсудимой в полном объеме. Потерпевшей был также заявлен гражданский иск на возмещение морального вреда в сумме 200 тысяч гривен. Суд решил, что иск подлежит удовлетворению частично, в сумме 80 тысяч гривен. Также суд обязал взыскать с Корецкой в пользу экспертно-криминалистического центра УМВД в Николаевской области 999 грн. 60 копеек.
Обеим сторонам предоставлено право в течение двух недель обжаловать приговор в Николаевском апелляционном суде.

Добавить комментарий

Show Buttons
Hide Buttons